fbpx

Судебная практика в электронной коммерции

Судебные решения в сфере электронной коммерции, которые будут интересны не только маркетплейсам

Электронная коммерция. Первым делом на ум приходят интернет-магазины, различные маркетплейсы (площадки, размещающие предложения других продавцов), в крайнем случае – боты-продавцы в мессенджерах.

Но, как следует из определения этого термина в ч. 1 п. 1 ст. 3 Закона «Об электронной коммерции» от 03.09.2015 г. № 675-VIII, электронная коммерция – это любые коммерческие сделки, совершенные «с использованием информационно-телекоммуникационных систем».

То есть в основном посредством Интернета. (Как показал пример мадридского «Реала» при покупке Давида де Хеа, совершать сделки при помощи факса – не лучшая идея).

Сразу приносим извинения за тонкий футбольный юмор, а также за то, что разочаровали читателей, ожидавших, что речь в этой статье пойдет только о рынке e-commerce. Но начнем мы именно с него.

Александр Бояринцев, адвокат Bires Law Firm

Кто несет ответственность за контрафакт, продаваемый на маркетплейсе?

Первое решение возьмем из международной судебной практики, которая может пригодиться отечественным маркетплейсам. К сожалению, это не решение ЕСПЧ, которое согласно ст. 17 Закона «Об исполнении решений и применении практики Европейского суда по правам человека» от 23.02.2006 г. № 3477-IV бесспорно используется нашими судами как источник права. Решения Европейского суда справедливости не имеют такого четкого статуса и крайне редко используются в судебной практике (например, в определении «ныне покойного» Высшего административного суда

Украины от 02.10.2014 г. № К/9991/12447/11), а зря.

Согласно ст. 153 Соглашения об ассоциации Украины с ЕС (ратифицировано Законом от 16.09.2014 г. № 1678-VII) при адаптации законодательства ЕС должное внимание должно быть уделено прецедентам Европейского Суда. А в ч. 2 ст. 322 того же Соглашения сказано, что если в споре возникает вопрос о толковании положения права ЕС, арбитражная группа не должна решать этот вопрос, но должна подавать в Суд Европейского Союза просьбу вынести решение по этому вопросу. (Следует отметить, что Европейский Суд, Суд Европейского Союза и Европейский суд справедливости – это одно и то же – высшая судебная инстанция ЕС, расположенная в Люксембурге).

Решение Европейского суда справедливости по делу «L’Orеal vs eBay» C-324/09 (2011) представляет для маркетплейсов особый интерес. В этом деле L’Orеal пытался взыскать ущерб с eBay за то, что на этой площадке продавались подделки французского бренда. 

В п. п. 115 и 116 этого решения сказано сложным европейским юридическим языком:

– тот факт, что оператор интернет-магазина предлагает продажу на своем сервере, устанавливает условия своего обслуживания, получает вознаграждение за эту услугу и предоставляет общую информацию своим клиентам, не может иметь эффекта отказать ему в освобождении от ответственности, предусмотренной Директивой 2000/31;

– если, напротив, оператор предоставил помощь, которая, в частности, предусматривает оптимизацию представления предложений для продажи или продвижения этих предложений, следует учитывать, что он не занял нейтральную позицию между заинтересованными клиентомпродавцом и потенциальным покупателем. В таком случае он не может полагаться на освобождение от ответственности, упомянутой в статье 14 (1) Директивы 2000/31.

Статья 14 параграфа 1 Директивы 2000/31/ЕС Европейского Парламента и Совета ЕС (Директива об электронной коммерции) от 8 июня 2000 года, на которую ссылается Европейский суд справедливости, говорит с нами не менее витиеватыми формулировками: условия, при которых интернет-магазин «не может иметь эффекта отказать ему в освобождении от ответственности», или, наоборот, – «не может полагаться на освобождение от ответственности».

Не будем мучить читателей, и объясним простым языком: согласно ст. 14 параграфа 1 Директивы 2000/31/ЕС и п. п. 115, 116 Решения Европейского суда справедливости по делу «L’Orеal vs eBay» C324/09 (2011) есть три условия, при которых маркетплейс может избежать ответственности за продажу подделок кем-то из своих продавцов:

а) маркетплейс не знает, что на его площадке кто-то торгует контрафактом – то есть не получает никаких уведомлений о нарушении прав и пр.;

б) при получении таких уведомлений маркетплейс оперативно предпринимает действия по устранению такого товара с сайта;

в) маркетплейс не продвигал и не рекламировал контрафакт.

Электронная подпись одноразовым идентификатором

Продажа товара или услуги через Интернет подпадает не только под определение электронной коммерции, но и соответствует всем критериям договора согласно ст. 626 Гражданского кодекса Украины. Любой договор должен содержать обязательные реквизиты, к которым относится и подпись  сторон. Подпись, кроме того, является документальным подтверждением волеизъявления сторон. И если с использованием электронной цифровой подписи с усиленным сертификатом ключа, полученным в аккредитованном центре сертификации, вопросов нет, то что делать, когда товар или услуга заказывается простым нажатием на сайте?

Помимо усиленного сертификата ЭЦП статья 12 Закона «Об электронной коммерции» дает нам еще два варианта цифровой подписи:

  • электронная подпись одноразовым идентификатором;
  • аналог собственноручной подписи (факсимильное воспроизведение и другие аналоги подписи): только по письменному соглашению сторон, в котором должны содержаться образцы соответствующих аналогов собственноручных подписей.

Второй вариант для целей e-commerce подходит слабо, да и вообще выглядит рядом с ЭЦП и одноразовыми идентификаторами «факсом мадридского «Реала». 

Для того чтобы разобраться, что такое одноразовый идентификатор, сначала стоит знать, что электронный договор, исходя из ч. 3 ст. 11 Закона «Об электронной коммерции», считается заключенным с момента, когда отправитель предложения заключить такой договор получает ответ о принятии этого предложения.

Если упростить определения, изложенные в ч. ч. 6, 12 п. 1 ст. 3 Закона «Об электронной коммерции», то электронная подпись одноразовым идентификатором – это принятие предложения путем регистрации на сайте продавца с использованием одноразового пароля / ссылки на подтверждение регистрации, отправленные покупателю продавцом на e-mail или сообщением на телефон.

Возможно, мы немного упрощаем, но, как правило, одноразовый идентификатор – это именно такой порядок действий.

Судебная практика об одноразовых идентификаторах пестра и разнообразна. К сожалению, Верховный Суд нас еще не порадовал своей позицией по этому поводу. Но вот решений апелляционных судов достаточно много, и все они связаны с договорами займа. 

Так, Киевский апелляционный суд по делу № 361/3737/17 от 29.10.2018 г. (в реестре его указали с ошибкой под номером 3613737/17) пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска и апелляционной жалобы, поскольку истец не доказал самого факта заключения договора займа с ответчиком. При этом договор займа был заключен следующим образом: заемщик получил одноразовый идентификатор SMS-сообщением и ввел его в специально отведенное поле в личном кабинете на сайте заимодателя. Почему такие действия не являются электронной подписью одноразовым идентификатором – суд особо не пояснил, перечислив просто нормы законодательства и не прокомментировав положения статей 11, 12 Закона «Об электронной коммерции».

Апелляционный суд Харьковской области в постановлении от 29.03.2018 г. по делу № 618/357/17 пришел к законодательно более подтвержденным выводам: «Договор заключен в электронном варианте и с электронной подписью. Без получения письма на адрес электронной почты и SMSсообщения, без осуществления входа на сайт общества с помощью Логина Личного кабинета и пароля Личного кабинета кредитный договор между истцом и ответчиком не был бы заключен. Поэтому заключение кредитного договора соответствовало внутренней воле истца». (Аналогичная позиция содержится в постановлении Кропивницкого апелляционного суда от 25.03.2019 г. по делу №

404/502/18).

Также возможность использовать одноразовый идентификатор подтвердил Киевский апелляционный суд в своем постановлении от 19.03.2019 г. № 755/12366/18. Правда, в чем заключалось использование одноразового идентификатора согласно договору – суд, к сожалению, не уточнил.

В решении от 17.10.2017 г. по делу № 688/3062/16-ц апелляционный суд Хмельницкой области признал заключение договора с помощью одноразового идентификатора «подписанным его сторонами, с использованием аналога собственноручной подписи, которые стали законными основаниями на совершение предусмотренных этими документами действий». Эта путаница в терминах не помешала признать договор заключенным и удовлетворить апелляционную жалобу кредитора.

 

ВЫВОД: За редким исключением, суды признают действия по отправке одноразового пароля в SMS или на электронную почту, с помощью которого можно войти в личный кабинет (одноразовый идентификатор), электронной цифровой подписью.

Раз уж мы узнали, что одноразовые идентификаторы присылают, в том числе, и на e-mail, давайте разберемся со статусом электронных писем. Ведь с их помощью гораздо удобней отправлять различные счета и прочие документы при исполнении договора, а не только одноразовые идентификаторы. Начнем с решения, которое придется по душе всем любителям природы, которые выбирают в вендинговых аппаратах поле «сохраните лес, не печатайте чек».

Электронная переписка относительно направления счетов на оплату является надлежащим и допустимым доказательством. К такому заключению пришел Киевский апелляционный хозяйственный суд в своем постановлении от 16.04.2018 г. по делу № 910/19644/17. При этом ответчик (он же апеллянт), обосновывая требования апелляционной жалобы, акцентировал внимание на том, что он не получал от истца счета, выставленные для оплаты по договору рекламы, и поэтому срок осуществления оплаты не наступил. На что суд напомнил ответчику, а заодно и всем консервативным бухгалтерам страны, что:

– в соответствии со ст. 8 Закона Украины «Об электронных документах и электронном документообороте» от 22.05.2003 г. № 851-IV юридическая сила электронного документа не может отрицаться исключительно из-за того, что он имеет электронную форму; 

– по предписаниям п. 13 ст. 11 Закона Украины «Об электронной коммерции» электронные документы (сообщения), связанные с электронной сделкой, могут быть представлены в качестве доказательств сторонами и другими лицами, участвующими в судебном рассмотрении дела;

– доказательства, представленные в электронной форме и/или в форме бумажных копий электронных сообщений, считаются письменными доказательствами во всех видах судебного процесса (ст. 64 ГПК Украины, ст. 36 ХПК Украины и ст. 79 КАС Украины).

Видимо, осознав, что строить свою стратегию на том, что «ваши e-mails – это не документ», уже слишком ретроградно, ответчик отказался от попыток обжаловать это постановление в Верховном Суде.

Немногим ранее этот же суд в решении от 29.08.2017 г. по делу № 910/2430/17 также признавал

электронную переписку о направлении доверенностей на получение товара и возврата средств надлежащими и допустимыми доказательствами в подтверждение факта обращения истца к ответчику с требованием на поставку товара и возврат средств.

При этом, отправляя счета и другие документы по договору посредством электронной почты, читайте внимательно условия договора или тендерной документации. Об этом нам напомнил Верховный Суд в составе Кассационного хозяйственного суда (далее – ВС КХС) в своем постановлении от 18.04.2019 г. по делу № 905/1739/17: «Суд отклоняет доводы истца о возможности использования электронной почты *******@dp.uz.gov.ua для связи с участниками закупок без указания обязательства подписывать документы цифровой подписью, что предусмотрено тендерной документацией, учитывая условия п. 5.2 договора о поставке товара, при наличии письменной заявки покупателя и требования к электронному документу, установленные положениями Закона Украины «Об электронных документах и электронном документообороте».

А в постановлении от 18.12.2018 г. по делу № 910/7495/16 ВС КХС вообще согласился с выводами суда апелляционной инстанции о том, что предоставленные ответчиком распечатки электронной переписки с истцами не являются надлежащими доказательствами получения истцами сообщений ответчика о расторжении договора, поскольку распечатки электронной переписки не могут считаться электронными документами (копиями электронных документов) в понимании части 1 статьи 5, частей 1, 2 статьи 6 Закона Украины «Об электронных документах и электронном документообороте», исходя из которых электронный документ должен содержать обязательные реквизиты, к которым относится и электронная подпись.

Но не торопитесь бежать к ближайшему почтовому отделению с ворохом бумаг. В другом постановлении, принятом двумя месяцами ранее, а именно от 10.10.2018 г. по делу № 910/22303/17, ВС КХС принял в качестве доказательства исполнения договора о предоставлении правовой помощи, в том числе, и отправку документов во вложении электронными письмами.

Вывод, как и практика Верховного Суда, будет неоднозначным:

– если есть возможность, то в договоре можно прописывать, что отправка по e-mail будет считаться электронным документом (вывод из законодательства, а не из практики);

– если мы говорим о действующем договоре, тогда смотрим: если не запрещено, то можно отправлять счета, отчеты и другие документы, не влияющие на действие договора и сроки исполнения обязательств;

– в других случаях лучше воспользоваться специальными сервисами обмена электронными документами с использованием ЭЦП